Глава Кабмина подчеркнул, что ни один документ не был подписан без общественного обсуждения.

Премьер-министр Армении Никол Пашинян ответил на обвинения о том, что он готов подписать документы о сдаче Нагорного Карабаха.

«После 9 ноября 2020 года, на столе переговоров не было и нет никакого проекта или рабочего варианта по нагорно-карабахскому урегулированию. Что касается сдачи Арцаха, тысячекратно извиняюсь, вынужден констатировать, что Арцах — не является предметом, который можно сдать или не сдать. Арцах — это, в первую очередь, те люди, которые там живут», — отметил Пашинян.

Премьер подчеркнул, что если бы армянские власти хотели сдать Нагорный Карабах — не были бы потрачены десятки миллионов драмов в целях вернуть граждан республики домой.

«Сдающий Арцах, наоборот, после войны просто ничего бы не предпринимал, и сдача Арцаха по сути стала бы реальностью. Мы наоборот осуществляем в Арцахе инвестиции в беспрецедентных объемах, потому что сохранить Арцах означает, что арцахцы остаются там жить. Сохранить Армению — означает сделать так, чтобы армяне жили в стране и наоборот вернулись уехавшие. А это невозможно без мира», — заявил Пашинян.

Премьер-министр заявил, что ни один документ не был подписан без общественного обсуждения в Армении и Нагорном Карабахе.

«Это железная гарантия того, что судьба Арцаха не может быть решена втайне от народа. Пессимисты приводят в пример трехстороннее заявление от 9 ноября 2020 года, которое было подписано без широкого общественного обсуждения. Это странное сравнение, потому что в условиях войны в течение часов, иногда минут должны были приниматься решения о спасении жизней тысяч арцахцев, 25 тысяч военнослужащих и выселения армян из Арцаха», — подчеркнул Никол Пашинян.

Армянский премьер отметил, что сейчас правительство делает всё возможное чтобы не принимать решения в таких условиях.

«В данный момент все документы, являющиеся предметом переговоров между Арменией и Азербайджаном, являются достоянием общественности. Это 5 пунктов, переданные нам со стороны Азербайджана, и наша реакция на них. Вся информация была обнародована. Мы продолжим делать это до тех пределов, которые допускает дипломатическая этика», — заключил Пашинян.